[Skip to Content]

Подписаться на новости

აქციის მონაწილეების საყურადღებოდ! საერთო ცხელი ხაზი +995 577 07 05 63

 

 საერთო ცხელი ხაზი +995 577 07 05 63

Политика и права человека в конфликтных регионах / Статья

Политика Грузии в сфере здравоохранения в конфликтных регионах

Теона Пиранишвили 

  • Перевод на русский язык: Роланд Раики

Эксперты, занимающиеся вопросами миростроительства, а также государственные чиновники и политики, часто говорят о том, что государственные программы, созданные для обеспечения доступа к медицинской помощи для населения, проживающего в конфликтных регионах, играют важную роль в трансформации конфликтов, в миростроительстве. Кроме того, важная человеческая и социальная поддержка оказывается людям, живущим в условиях продолжающегося конфликта, имеющим меньший доступ к качественным и своевременным медицинским сервисам. Программы бесплатного здравоохранения, запущенные в конфликтных регионах с 2010 года, наконец-то завоевали доверие, что привело к тысячам успешных проектов сотрудничества в истории трансформации конфликтов, что, несомненно, является важным приобретением с точки зрения укрепления доверия.

В этой статье мы представляем интервью с бывшим министром здравоохранения и социальной защиты Автономной Республики Абхазия Кети Бакарадзе, акушером-гинекологом/репродуктологом, которая, основываясь на собственном опыте в сфере здравоохранения, поделилась информацией и мнениями о текущей ситуации в Гали и проблемах политики здравоохранения. В 2013-2021 годах Кети Бакарадзе занимала должность министра здравоохранения А/Р Абхазия и на основе взглядов и опыта, сформировавшихся за время ее работы, делится своим видением относительно реализации политики здравоохранения в конфликтном регионе.

Вступление

Одной (и, можно сказать, единственной) успешной программой считается государственная программа реферального обслуживания, которая предлагает бесплатную медицинскую помощь людям, проживающим на оккупированных территориях, по ряду направлений. Однако в исследовании[1], проведенном Центром социальной справедливости в 2022 году, в рамках которого изучено правовое и социальное положение населения Гали и Ахалгори, было выявлено, что население, проживающее в этих двух конфликтных регионах, с точки зрения доступа к здравоохранения, сталкиваются с серьезными препятствиями, и государственная программа реферальных услуг не может ответить на эти вызовы. Более того, жители Гали и Ахалгори часто отмечают, что они считают себя дискриминируемыми по отношению к другим жителям конфликтных регионов, поскольку грузинские власти рассматривают их через призму статуса граждан Грузии и, соответственно, распространяет на них только те программы, которые распространяются на граждан, проживающих в других регионах Грузии. В ходе опроса большая часть местного населения отметила, что не может воспользоваться реферальной программой здравоохранения и льготным режимом, установленным для жителей конфликтных регионов несмотря на то, что население Гали и Ахалгори живет в вдвойне тяжелых условиях.

Однако совершенно иное регулирование установлено Постановлением Правительства Грузии № 331 от 2010 года, согласно статье 2, пункт (б), к лицам, пользующимся реферальной медицинской помощью, относятся граждане Грузии, проживающие на территориях, предусмотренных статьей 2 и частью 2 статьи 10 Закона Грузии «Об оккупированных территориях», а также лица без гражданства, постоянно проживающие в Грузии, независимо от наличия у них документов, подтверждающие гражданство Грузии или имеющие соответствующий официальный документ; Согласно Закону об оккупированных территориях, такими территориями также считаются Гальский и Ахалгорский районы. Эту информацию позже подтвердили в Минздраве Грузии.[2] В предоставленной ими информации поясняется, что помимо программ всеобщего медицинского обслуживания на граждан Грузии, проживающих на территориях Автономной Республики Абхазия, Цхинвальской области (территории бывшего Юго-Осетинского автономного округа), селе Переви Сачхерского района муниципалитеты Курти, Эредви и Ажара, а также муниципалитет Ахалгори распространяется также государственная программа «реферального обслуживания».[3] Похоже, что вопрос распределения реферальных услуг для людей, проживающих в Гали и Ахалгори, был проблематичным в течение многих лет, и установление надлежащей административной практики в соответствии с этой нормой началось позже, примерно с 2019 года. Однако пока этим воспользовалось небольшое количество пациентов из Гали и Ахалгори, что свидетельствует о низкой осведомленности об этом праве и возможности, которую явно необходимо исправить.

Интересны статистические данные, предоставленные Министерством здравоохранения Грузии, из которых видно, что количество граждан Грузии, постоянно проживающих на территориях Абхазии и Цхинвальского региона, участвующих в государственной программе реферальной помощи, значительно ниже числа других людей, проживающих на этих территориях, участвующих в той же программе.

Согласно этим данным, за последние 6 лет реферальной программой воспользовались 6264 человека, проживающих на территории Абхазии, и 328 граждан Грузии. Что касается Цхинвальского региона, то за последние 6 лет этой программой воспользовались 1639 человек и 65 граждан Грузии, проживающих на территории Цхинвальского региона. Показательно, что количество граждан Грузии, воспользовавшихся реферальной программой, было самым высоким во время пандемии, позже их количество значительно снизилось. Крайне низким был также в 2017-2018 годах.

 

2017

2018

2019

2020

2021

2022

Жители Абхазии

1137

1317

1305

756

1032

717

Граждане Грузии, постоянно проживающие на территории Абхазии

1

3

70

194

33

27

Жители Цхинвальского региона

507

352

247

115

215

203

Граждане Грузии, постоянно проживающие на территории Цхинвальского региона

2

2

13

29

4

15

Что касается суммы средств, выделенных в рамках «Программы государственной реферальной помощи», то статистика выглядит так:[4] в 2017-2022 годах в рамках этой программы на людей, проживающих на территории Абхазии, было потрачено 16 миллионов лари, а на граждан Грузии, проживающих на территории Абхазии, - 1 миллион лари. Что касается Цхинвальского региона, то в рамках программы реферального обслуживания на жителей этого региона было потрачено около 6 миллионов лари, а на проживающих здесь граждан Грузии - 187 516 лари.

Исследование показало, что жители Гали и Ахалгори на местном уровне не имеют доступа к качественным и своевременным медицинским сервисам. Медицинская инфраструктура здесь часто не удовлетворяет даже базовые потребности.

В этом плане ситуация в Ахалгори критическая. Больница Ахалгори практически больше не может функционировать. Помимо того, что это учреждение полностью разрушено с инфраструктурной точки зрения, оно осталось без медицинского персонала, в 2021 году, во время очередной вспышки пандемии, руководители Ахалгорской больницы, поликлиники и скорой помощи покинули район.[5] Кроме того, в последние годы больница Ахалгори неоднократно подвергалась серьезным обвинениям в коррупции.[6] Цхинвальская больница оказалась единственным решением для жителей Ахалгори, живущих в изоляции, хотя и она не отвечает основным потребностям. Также следует учитывать, что в случае оказания экстренной медицинской помощи эта больница находится далеко от Ахалгори и поэтому менее доступна. В последние годы, особенно во время пандемии, из-за невозможности оказания своевременной медицинской помощи в Ахалгорском районе был зарегистрирован ряд случаев со смертельным исходом.[7] В условиях ограничений на передвижение жители Ахалгори практически столкнулись с гуманитарным кризисом – они не могли ни получить качественные сервисы в Ахалгори и Цхинвали, ни перебраться на подконтрольную территорию Грузии.[8] Даже когда необходима срочная медицинская помощь, для въезда на подконтрольную территорию Грузии необходимо пройти ряд бюрократических процессов, в том числе получить разрешения цхинвальской больницы и службы безопасности. Кроме того, из-за ограниченного выбора и высоких цен на месте доступ к лекарствам для жителей Ахалгори также затруднен.

Не менее сложно получить качественную и своевременную медицинскую помощь в Гали, особенно когда вам необходима неотложная медицинская помощь. Сельская больница Саберио Гальского района также сталкивается с серьезными проблемами. Здесь нет даже базовой инфраструктуры, необходимой для диагностики, такой как рентгеновское и ультразвуковое оборудование. Неисправности машины скорой помощи также являются проблемой. Проблема медикаментов также стоит остро. Больница Саберио получает лекарства в основном с подконтрольной территории Грузии, однако во время ограничения свободы передвижения, особенно во время пандемии, этот процесс также осложнился.[9] В период пандемии ситуацию еще больше усугубили ограничения в способе передвижения, многие люди не смогли получить лекарства, а люди с хроническими заболеваниями были отрезаны от доступа к уходу и сервисам.[10]

Этим вопросам посвящено интервью с Кети Бакарадзе, которое мы представляем в этой статье.

  • Какие потребности и проблемы выявлены в результате реализации специальных программ медицинской поддержки населения, проживающего в конфликтных регионах? Какие заболевания, какая поддержка наиболее востребована в этих регионах? Сколько лет существуют эти программы и какое развитие они претерпели, какие виды сервисов они предоставляют.

После вооруженного конфликта 1990-х годов на оккупированных территориях Грузии сложился тяжелый социальный фон, что было вызвано, с одной стороны, полностью разрушенной в результате войны инфраструктурой, ослаблением человеческих ресурсов и высокими рисками безопасности, а с другой стороны заброшенность и полная изоляция от РФ самопровозглашенных республик (Абхазия и Южная Осетия). Абхазия (и Южная Осетия) в течение многих лет оставались практически заложниками судьбы. С создавшимся социальным кризисом население справлялось собственными силами и ресурсами, что подразумевало, например, малый бизнес (торговля цитрусовыми) или трудовую миграцию, преимущественно в Россию.

На этом фоне медицинский сектор, который до войны был частью централизованной системы здравоохранения Грузии и, следовательно, действовал под ее эгидой, столкнулся с серьезным вызовом. Из-за боевых действий многие ведущие специалисты покинули территорию Абхазии, что создало дефицит кадров и острый дисбаланс между спросом на медицинскую помощь и ресурсами для ее получения. Наиболее острые проблемы возникли по направлению лекарственных средств, медицинских (расходных) материалов и фармацевтической индустрии в целом. В связи с этим, в целях оказания адекватных медицинских услуг тяжелобольного пациента несколько раз тайно, обходными путями переправляли на подконтрольную правительству Грузии территорию.

Как вы знаете, в ранний постконфликтный период движение транспорта было относительно легким, даже через мост Ингури. Позднее в результате российских интервенций было создано множество препятствий и искусственных барьеров для устранения прямых коммуникаций между населением. Однако угроза жизни из-за болезни или несчастного случая может разрушить все стены, особенно если речь идет о детях и молодежи.

Плохо представленная сфера здравоохранения на оккупированной территории, полное отсутствие некоторых медицинских направлений и отсутствие доступа к сервисам вынудили людей, проживающих на территории Абхазии искать помощи на подконтрольной территории Грузии и грузинский медицинский персонал оказывал им помощь без осуждения и раздумий. Если к концу 90-х годов случаев больных из оккупированной Абхазии было всего с десяток, то с 2000 года у абхазов уже утвердилась мысль, что они могут без колебаний получить желаемый сервис даже за пределами Ингури. В этот период этот процесс еще носил хаотичный характер и осуществлялся на уровне отдельных инициатив, но постепенно стал организованным и в 2010 г. Государственная программа реферальной службы записана в качестве важного документа, определяющего политический курс страны.

В вышеупомянутом документе грузинское государство обязалось предоставить все возможности и сервисы, доступные на территории, находящейся под его контролем, людям, живущим на оккупированных территориях. Именно в этот период правительство предоставило негрузинскому населению, постоянно проживающему в оккупированной Абхазии, т.н. нейтральные паспорта, которые, помимо свободного передвижения, давали бенефициару доступ к медицинским сервисам. Конечно, определенный сегмент был заинтересован в этом проекте, и этот документ получили несколько сотен абхазов. Однако с привлечением российских спецслужб этот процесс не был безопасным, поэтому особой популярности данная инициатива не получила. За определенную плату пациенты предпочитали обращаться к частным лицам, которые напрямую связывали их с медицинским персоналом без всякой бюрократии, в этом случае медицинская услуга была платной.

После того как для включения в реферальную программу только т.н. «зеленого паспорта» оказалось достаточно, количество претендентов резко возросло, что подтверждает растущая статистика. Особенно впечатляющие цифры были отмечены в процессе элиминации гепатита С. Хотя императивным условием для включения в эту поистине уникальную программу было получение документов, подтверждающих грузинское гражданство и нахождение на месте (на подконтрольной территории Грузии) в течение нескольких месяцев лечения, эти факторы не стали препятствием для пациентов и, следовательно, были получены десятки успешных результатов.

В структуре заболеваемости наиболее часто обращались онкологические больные, далее следуют патологии сердечно-сосудистой системы, политравмы, инфекционные заболевания, неонатологические проблемы и др. Этот показатель отражает период до пандемии. Период Covid-19 полностью изменил картину и создал новые вызовы и обстоятельства.

  • Каким было сотрудничество с де-факто системами здравоохранения во время пандемии и сохраняется ли этот положительный опыт? Был ли другой опыт сотрудничества в предыдущие годы?

Пандемия полностью изменила повестку дня мира и показала человечеству собственную слабость. В тяжелом состоянии оказалась несовершенная и слаборазвитая система здравоохранения при де-факто правительстве. Абхазия оказалась в острой кризисной ситуации не только с точки зрения инфраструктурной, кадровой и материально-технической базы, но и с точки зрения доступа к необходимому оборудованию (медицинским (расходным) материалам, дезинфицирующим средствам...) для борьбы с пандемией.  Именно просьба руководителей абхазского медицинского общества стала основанием для того, чтобы власти Грузии с помощью международных организаций оказали первую довольно существенную гуманитарную помощь, которая впоследствии стала перманентной. Далее последовало несколько проектов, реализованных при финансовой поддержке различных международных организаций, которые подразумевали оснащение медицинским оборудованием, медикаментами и расходными материалами нескольких стратегически важных больниц оккупированной Абхазии, в том числе Гальской центральной районной больницы. Это на том этапе имело жизненно важное значение для Абхазии, находившейся в полной изоляции.

В этот же период полный хаос на КПП Псою со стороны России и неконтролируемый приток из РФ резко увеличили количество заражений в оккупированной Абхазии. По этой причине административная граница у Ингурского моста была закрыта, однако в то же время, естественно, увеличилась эвакуация инфицированных пациентов из абхазских ковидных клиник, особенно Гудаутской и Сухумской больниц, естественно, при интенсивном общении непосредственно с этнически абхазским медперсоналом. Можно смело сказать, что в период пандемии эти контакты еще больше укрепились.

  • Каково значение этих программ поддержки в сфере здравоохранения для укрепления доверия и примирения? Можно ли измерить удовлетворенность бенефициаров и в чем она заключается? Включена ли обратная связь в процесс внедрения новых программ?

Следует отметить, что благодаря грузинским медицинским работникам за эти годы были спасены тысячи жизней, эвакуированных из оккупированной Абхазии. В некоторых случаях пациент и его сопровождающие месяцами остаются в клиниках на подконтрольной территории для получения медицинской помощи. «Синдром выздоравливающего пациента» уникальным образом повышает доверие, доброжелательность, выстраивает простые человеческие отношения и разрушает построенные годами баррикады между сообществами, что возможно только посредством прямых, осязаемых контактов. Довольные пациенты, за редким исключением, поддерживают общение с уже дорогими им людьми, ценят и берегут друзей, приобретенных в тяжелом жизненном опыте. Таким образом, система здравоохранения является одним из, если не единственным, наиболее мощным инструментом интеграции населения, разделенного конфликтом, и восстановления утраченного доверия.

  • Какие программы здравоохранения доступны жителям Гали и насколько простыми и доступными для них являются эти программы (включая бюрократические и административные аспекты)?

Следует отметить, что подход государства к гражданам, постоянно проживающим на оккупированной территории, различен. Например, этнически грузинское население Гальского района, подавляющее большинство которого являются гражданами Грузии, стало бенефициарами программы всеобщего здравоохранения и, соответственно, обладателями базовых пакетов государственного страхования, а лица без гражданства, имеющие документы, подтверждающие постоянное проживание на территории оккупированной Абхазии, т. н. абхазский «зеленый паспорт», являются бенефициарами «реферальной программы». Эти две программы предлагают качественно разные услуги, и этот вопрос на протяжении многих лет является основой дискуссий, недовольства и неопределенности, как с точки зрения грузин из Гали, так и с позиции политиков.

Я думаю, что для грузин, живущих в условиях оккупационного режима, совершенно легитимно выражать грузинским властям свою озабоченность и душевную боль, когда они считают себя брошенными государством и объектами несправедливого обращения. Их позиции настолько аргументированы и ощутимы, что трудно что-либо противопоставить в защиту их прав. Немыслимо, что они не только не находятся в привилегированных условиях, но, наоборот, чувствуют себя дискриминированными даже по отношению к абхазам.

Я не раз слышала, какие барьеры им приходится преодолевать, чтобы получить право пересечь Ингурский мост, сколько документов нужно подписать, сутками стоя в бесконечных очередях перед кабинетами, чтобы оказаться на территории, контролируемой грузинскими властями, где они сталкиваются с не столь благоприятной реальностью.

Бенефициару общей программы стандартно не возмещаются расходы на услуги первичной медико-санитарной помощи, и ему приходится софинансировать получение стационарных услуг, плановых больничных сервисов, что является огромным бременем для малообеспеченного гражданина, тем более для социально уязвимой группы. Именно эта модель применяется к обычному жителю Гали – месяцами ожидание финансирования, поиск солидной суммы денег для оплаты своими силами и в кульминационный момент покупка дорогих лекарств. Необходимо учитывать, что житель Гали ограничен во времени, так как т. н. «пропуск» административного органа, необходимый для перемещения, имеет ограниченный срок, поэтому для получения одной услуги ему необходимо пройти эту процедуру как минимум дважды, что также связано с финансами. Аналогичный компонент гораздо проще пройти пациенту, не имеющему гражданства Грузии, но имеющему «зеленый паспорт» - в очень короткие сроки при полном финансировании, минимальной бюрократии и максимальном комфорте.

Из-за этой неравной и несправедливой сегрегации я со своей командой разработала специальные программы, которые не распространялись на бенефициаров программы всеобщего здравоохранения и были в основном адаптированы к грузинам, живущим в Гали; например, эндопротезирование тазобедренного сустава, коррекция зрения эксимерным лазером, плановая коронарография и т. д., также программа финансовой помощи. Эти проекты, а также активная коммуникация с персоналом клиники более или менее отвечали потребностям населения Гали, конечно, не системным образом, а индивидуальными и личностными подходами, что, к сожалению, является нестабильной и не долгосрочной перспективой.

  • Каковы ваши наблюдения и оценки потребностей населения Гали с точки зрения улучшения доступа к медицинскому обслуживанию?

Учитывая, что медицинский сектор Гальского района представлен весьма лимитированными ресурсами, будь то материально-техническая база, лабораторное оборудование или медицинские специалисты, население практически не может воспользоваться высококвалифицированными медицинскими сервисами на месте. Ведение отдельных категорий больных, конечно, возможно в центральной больнице Гали, но высокотехнологичные диагностические исследования, интервенционная кардиология, специфическое лечение онкологических больных, нейрохирургическое направление, осложненные физиологические роды или кесарево сечение, реанимация новорожденных и многих других профилей в районе просто нет. Альтернативный ресурс – республиканская или инфекционная больница Сухуми, однако, как правило, жители Гали из-за недоверия и высоких тарифов стараются воздержаться от обращения в другие медицинские учреждения, работающие на территории Абхазии.

Естественно, грузинское население Гали предпочитает доверять свое здоровье медицинскому персоналу остальной Грузии, однако, как я вам уже говорила, это связано со многими проблемами.

По моему личному опыту, государство должно разработать индивидуальный страховой пакет для поддержки собственных граждан, проживающих на оккупированных территориях, сдержать миграционный процесс, закрепить коренное население, дать ему хотя бы небольшое чувство заботы, ответственности и безопасности. В противном случае необратимый процесс опустошения Абхазии от грузин продолжится.

  • Какие проблемы вы видите с точки зрения доступа женщин к медицинской помощи в Гали? Этот вопрос особенно важен в контексте ограничительных законов об абортах и ​​ограниченного доступа к услугам по охране репродуктивного здоровья.

После принятия де-факто законодательным органом Абхазии закона против абортов число желающих сделать аборт возросло. Согласно законодательству Грузии, добровольное прерывание беременности допускается до 12 недель, в остальных случаях допускается только при наличии медицинской справки, подтвержденной соответствующей экспертизой. Помню, как несколько женщин обратились за селекционным абортом на и без того большом сроке беременности, аргументируя это тяжелым материальным положением, а так как получили категорический отказ во всех специализированных учреждениях, по их словам, они были вынуждены ехать в Российскую Федерацию.

Что касается доступа женщин к сервисам репродуктивного здоровья, то он находится на зачаточном уровне и также является большой проблемой для женщин не только в Гали, но и на всей территории Абхазии.

  • Можете ли вы рассказать, с какими болезнями чаще приходят из Абхазии и связываете ли вы эти заболевания с конкретными социальными причинами?

Оккупированная после войны Абхазия практически не смогла выйти из тяжелого социально-экономического положения. Длительная изоляция особым образом сказалась на образе жизни горожан, рабочей нагрузке, сформировались новые привычки и средства развлечений. Отсутствие рабочих мест и судьба людей, предоставленных самим себе, дали результат, который был вполне предсказуем. Употребление кустарных наркотиков или алкоголя, травмы, полученные в ходе вооруженного конфликта и отсутствие последующего процесса реабилитации, нехватка средств, разрушенная инфраструктура больниц - увеличили уровень заболеваемости, количество людей с ограниченными возможностями. Особенно возросли такие социальные заболевания, как туберкулез, ВИЧ/СПИД, гепатит, венерические заболевания, наркомания и т.д. Естественно, эти факторы связаны с тяжелым демографическим наследием, которое отражается на состоянии здоровья нового поколения, в том числе врожденных патологий, что в дальнейшем определяет статус лица с ограниченными возможностями.

  • Что может сделать центральное правительство Грузии, чтобы жители Гали имели лучший доступ к здравоохранению, какие программы и сервисы или какой тип инфраструктурной поддержки мы можем им предложить?

Сегодня грузины, живущие в Гали, сталкиваются с множеством проблем, которые для нас немыслимы. Они не только не могут позволить себе проведение превентивных, профилактических или скрининговых обследований, чтобы своевременно обратиться к специалистам и избежать серьезных заболеваний, но даже в остром случае посещение врача является для них огромным бременем. Именно поэтому средняя продолжительность жизни среди населения Гали значительно ниже, чем в остальной части страны, высока смертность, заболеваемость, случаи суицида. Эта суровая реальность определяется социальными детерминантами, оказывающими повреждающее воздействие на психоневрологический статус и здоровье в целом.

В целом хотелось бы отметить, что средняя продолжительность жизни является одним из показателей индекса человеческого развития и важнейшим показателем, определяющим уровень развития страны. Этот критерий прямо пропорционален социально-экономическим параметрам, доступу к базовым сервисам, психическому здоровью и т. д. К сожалению, оккупированный Гальский район находится в крайне тяжелой ситуации по всем вышеперечисленным параметрам, что однозначно сказывается на гражданах, которые живут там в таких условиях, сопровождающихся постоянным стрессовым фактором. Эти социальные детерминанты влияют на их ментальное и соматическое здоровье, раннее выявление заболеваний, их тяжелое течение и неблагоприятный исход. К сожалению, точных данных о количестве больных психическими расстройствами нет, поскольку во многих случаях опекун даже не обращается в медицинское учреждение. Нередки случаи суицида. Помню, в начале пандемии, сразу после установления диагноза коинфекции, было выявлено три случая суицида. Одержимые полной безнадежностью, неуверенностью и паникой, люди нашли выход только в искусственном прекращении жизни. Психическое здоровье – это одна из областей, которая нуждается в серьезной поддержке бенефициаров, проживающих в Гали.

Поэтому я считаю, что крайне важно предложить специальный социальный пакет и программы здравоохранения, адаптированные для этой группы, которые сыграют преобразовательную роль в восстановлении доверия между разделенными обществами. Подтверждение факта проживания на постоянно оккупированной территории возможно с привлечением соответствующих органов. При таком механизме межведомственной коммуникации и сотрудничества, перераспределении компетенций должна быть определена новая целевая, уязвимая группа, которая, как и бенефициары других социальных категорий (пенсионеры по возрасту, студенты, учителя, вынужденные переселенцы и т.д.), будет поддержана т. н. "льготным страховым пакетом". Это не сложный вопрос, скорее технического характера. Я понимаю, что по опыту оппоненты могут увидеть в этом высокий риск мошеннических схем. Но цифровой мир настолько улучшился и развился, что слышать этот аргумент будет неприемлемо.

Кроме того, важно правильно оборудовать больницу в Рухи и привести медицинское обслуживание здесь в соответствие с современными медицинскими стандартами, что позволит существенно повысить своевременную и качественную доступность медицинской помощи не только для населения Гальского района, но и для всех, кто проживает на территории Абхазии. Проект университетской клиники в Рухи планировался еще при предыдущем правительстве. Насколько я знаю, в этом районе должна была быть вертолетная площадка, а также приспособленная под все нужды инфраструктура.

Особое внимание было уделено строительству студенческого городка, жилого кампуса для студентов, резидентов и преподавателей. Проект предполагал подготовку высококлассных медицинских кадров на базе многопрофильной клиники в Рухи, что, конечно, требовало соответствующего кадрового потенциала, мощной материально-технической базы и большой финансовой поддержки. Строительство больницы заняло гораздо больше времени, чем ожидалось, и она была введена в эксплуатацию во время пандемии, из-за неизбежной ситуации, созданной тяжелыми обстоятельствами. Было открыто всего несколько отделений, ориентированных только на лечение ковидных больных. Естественно, медицинское учреждение, открытое в условиях форс-мажорных обстоятельств, ни по каким параметрам не могло соответствовать стандартам, заданным проектом. Надеюсь, что в будущем больше внимания будет уделяться оснащению клиники в Рухи и реализации ее огромного потенциала, а также что она выполнит возложенную на нее роль и в миростроительстве.

Правительство всегда имело и имеет важнейшие рычаги, позволяющие облегчить повседневную участь своих граждан и оказать им большую поддержку. Прежде всего, это политическая воля предпринимать действительно эффективные шаги, адаптированные к нуждам, а не фасадные и непонятные стратегии, которые не реализуются на практике и не приносят никакой пользы ни гражданам, ни процессу миростроительства. Установившаяся сегодня стагнация, заведет в тупик результат, отношения, контакты, полученные большим трудом.

Материал был подготовлен в рамках проекта «Поощрение трансформации конфликтов путем критического переосмысления истории, связанной с конфликтами, и укрепления женских перспектив», поддержанного Шведским агентством по международному сотрудничеству в области развития (SIDA) и „Квина тил Квина“. SIDA и Kvinna till Kvinna могут не согласиться с представленными здесь взглядами. Ответственность за содержание материала несет только автор.

Сноски и библиография

[1] Теона Пиранишвили, «Места двусторонних упущений – правовые

и социальные вызовы в Гали и Ахалгори», Центр социальной справедливости, 2022. Доступно по адресу: https://socialjustice.org.ge/ka/products/ormkhrivi-gamotovebis-adgilebi-uflebrivi-da-sotsialuri-gamotsvevebi-galsa-da-akhalgorshi

[2] С оккупированных территорий Грузии, Министерство по делам беженцев, труда, здравоохранения и социальной защиты, письмо №MOH 5 22 00415100, 12 октября 2022 г.

[3] Теона Пиранишвили, «Места двусторонних упущений – правовые и социальные вызовы в Гали и Ахалгори», Центр социальной справедливости, 2022, с. 29.

[4] Суммы указаны в национальной валюте

[5] «Пропавшие» врачи и сложная эпидемическая ситуация в Ахалгори, Радио Свобода, 29 октября 2021 года. Доступно по адресу: https://www.radiotavisupleba.ge/a/დაკარგული-ექიმები-და-რთული-ეპიდვითარება-ახალგორში/31535915.html.  

[6] Коррупционная схема в больнице Ахалгори. Что расследуют в Цхинвали, "Нетгазети": 16 декабря 2021. https://netgazeti.ge/news/582381/

[7] https://socialjustice.org.ge/ka/products/emc-moutsodebs-khelisuflebas-miighos-sagangebo-da-dauqovnebeli-zomebi-akhalgorshi-shekmnili-jandatsvis-krizisis-sapasukhod

[8]   Теона Пиранишвили, «Места двусторонних упущений – правовые и социальные вызовы в Гали и Ахалгори», Центр социальной справедливости, с. 70-71.

[9] Текущая ситуация с защитой прав человека в Абхазии и Цхинвальском регионе/Южной Осетии, DRI, 2020 стр.15

[10] «Места двусторонних упущений», Центр социальной справедливости, с. 30-31.

Инструкция

  • Для движения вперёд нажмите клавишу „tab“
  • Для движения назад используйте комбинацию клавиш „shift+tab“